Стыд: Я какой-то неправильный
Американский исследователь С. Томкинс, исследовал эмоции человека и, в частности, стыд. Он рассматривал стыд в качестве регулятора возбуждения. Он проводил линию от интереса до возбуждения, между слабой и сильной интенсивностью, и стыд оказывался регулятором на этой оси. Роль стыда заключается в том, чтобы останавливать процесс возбуждения, как только оно становится слишком сильным.
Существует теория, касающаяся возбуждения и тревоги — двух сторон одной монеты. Каждый раз, как мы сталкиваемся с тревогой, мы блокируем возбуждение, и в этом теоретическом контексте, в процессе развития возбуждения и тревоги, стыд важный элемент. Возбуждение говорит о том, что присутствует очень сильное желание. Оно — мотор сущности человека.
![⚫](https://static.xx.fbcdn.net/images/emoji.php/v9/te/1/16/26ab.png)
В чём же роль стыда, как он появляется?
Если есть сильное желание, потребность, то она должна быть узнана, признана, принята, благодаря окружению, и, получив поддержку, превращена в действие. Если это не так, желание заблокировано, оно может стать стыдом. Особенно, если мы получаем послание извне: «Нам нельзя быть такими, как мы есть, надо быть другими».
![⚫](https://static.xx.fbcdn.net/images/emoji.php/v9/te/1/16/26ab.png)
Основное послание, которое получает человек, испытывающий стыд: «Я неправильный, такой какой я есть, я не могу быть принятым, любимым».
Стыд сильно связан с социальными связями, отношениями: «Такой, какой я есть, я не достоин принадлежать человеческому обществу».
![⚫](https://static.xx.fbcdn.net/images/emoji.php/v9/te/1/16/26ab.png)
Большинство практиков соглашаются с тем, что вина в большей степени связана с действием: «Я сделал что-то неправильно», а стыд затрагивает идентичность, того, кто я есть: «Я какой-то неправильный». В этом смысле с виной проще иметь дело. В вопросах вины общество предлагает большое количество разных способов проработки. Со стыдом всё не так просто, потому что он касается не того, что я сделал, а того, кто я есть. И одно из решений, которое есть, чтобы стать другим — это быть «как бы», а это и есть тема нарциссических нарушений. Темы вины и стыда действительно смешаны. Иногда я могу сделать какое-то неверное действие, принести какой-то вред и тогда я буду чувствовать вину. Однако процесс может быть и таким: если я сделал что-то неправильное, возможно это потому, что я сам по себе неправильный, и тогда неправильное действие оказывается связанным со стыдом.
![⚫](https://static.xx.fbcdn.net/images/emoji.php/v9/te/1/16/26ab.png)
В вопросах стыда существует ещё один важный аспект: когда кто-то чувствует стыд, он чувствует себя одиноким. Люди всегда говорят о стыде как о некотором внутреннем переживании. Но мы знаем, что всегда есть тот кто стыдит. И именно всегда. Никто не может чувствовать стыд в одиночку. Когда мы уже выросли, мы уже взрослые, тогда мы испытываем стыд в одиночку, но всегда есть кто-то, кто находится внутри, он представляется как «суперэго», как «совесть». И очень часто в терапевтическом процессе одно из наших первых действий со стыдом — это помочь клиенту обозначить стыдящего человека. Очень часто клиент забывает, что стыдящий существует. Родители, иногда, разговаривая с детьми, говорят: «Тебе должно быть стыдно». Обратите внимание на эти детали. Родители говорят ребёнку, что он должен чувствовать. Но, в то же время, родитель, приказывая что чувствовать ребенку сам отходит в тень: «Я тебе говорю, что ты должен чувствовать, а меня это не касается, я тут не причем». Одна из основных задач психотерапевтов заключается в том, чтобы идентифицировать стыдящего и помочь клиенту вернуть обратно этому человеку: «Это твой стыд, а не мой», — чтобы частично избавится от этого неприятного чувства.
Отрывок из лекции Жан-Мари Робина
Автор: Ирина Токтарова
Контакты :
☏ /вайбер/ телеграм (067) 594 94 46
☏ (095) 913 69 41
![victim](https://psihologist.kiev.ua/wp-content/uploads/2020/09/victim-75x75.jpg)